Врата Смерти

Данная сказка построена на основе выбранных цитат из книги Макса Фрая «Сновидения Ехо 4 – Я иду искать».

«— Погоди. Что за Врата такие?

— Врата, через которые из человека выходит его смерть, — невозмутимо пояснила она. — Мы играем, когда они открыты. В этом смысл!
Я потрясённо молчал, совершенно не представляя, что можно ответить на такое признание. Впрочем, Танита и сама прекрасно справлялась с беседой.
— На самом деле, открыть Врата в первый раз очень трудно, — говорила она. — Но мне помогли — повезло! Иллайуни выманил мою смерть и не дал ей вернуться, а когда смерть уходит навсегда, Врата так и остаются нараспашку. Смерть не приучена запирать за собой дверь.
— Как это — выманил твою смерть? — наконец спросил я. — Вынул её из тебя? Как поступают с умирающими хранители Харумбы? Но почему ты тогда живёшь среди людей?
— А среди кого мне ещё жить? — безмятежно улыбнулась Танита. — Я-то, хвала Магистрам, даже ни на минуточку не умирала!
— Но в Харумбе… — начал было я и запнулся. И пристыжено умолк. Потому что на самом деле понятия не имею, что именно происходит в Харумбе. Что-то слышал краем уха, что видел краем глаза, остальное дофантазировал. Воображение — дело хорошее, но степень своего невежества всё-таки следует осознавать.
— Про Харумбу я вообще ничего не знаю, — равнодушно пожала плечами Танита. — Если даже Иллайуни что-то об этом рассказывал, то я прослушала. Или забыла. Я вообще, как выяснилось, довольно бестолковая — во всём, что не касается музыки.
— Зато бессмертная, — утешил её я.
— Ну да, — кивнула она. — Немножко бессмертная.

— Немножко?! Как можно быть «немножко бессмертной»?
— Да очень просто. От старости или болезни я теперь точно не умру. Просто не сумею, как не смог бы хлопнуть в ладоши безрукий человек — ему нечем хлопать, а мне нечем умирать, своей-то смерти больше нет! Но убить меня всё равно можно. Пожалуй, даже полегче, чем других. Когда Врата открыты, убийце особо стараться не надо: смерть, живущая в нём, почует добычу и сама выйдет за ней. Такие как я часто погибают от так называемых несчастных случаев, которые на самом деле происходят, когда чья-нибудь алчная смерть выходит на охоту по собственной воле, а её хозяин ничего не замечает, хотя потом может чувствовать себя виноватым, сам не понимая, почему… Эх, жалко, что здесь нет Иллайуни, он бы гораздо лучше объяснил! А я вас только запутаю.
— Уже запутала — дальше некуда. Так что, получается, на самом деле, тебе оказали плохую услугу, когда открыли эти загадочные Врата?
— Ну что вы, — улыбнулась Танита. — Очень хорошую! А уязвимость — дело поправимое. После того, как Врата откроют впервые, человек уже может справляться с ними сам. Это очень трудно, но… В общем, всё, как вы про изменение внешности говорили: после нескольких тысяч попыток начинает получаться. Тогда можно и закрывать Врата по своей воле, и снова открывать, когда пожелаешь.
— А почему бы просто не закрыть их раз и навсегда? — спросил я, великий любитель техники безопасности. Правда, в основном, на словах.
— Ну уж нет! Открытые Врата можно использовать с толком. Они же на самом деле не только для смерти подходят. В человека, чьи Врата открыты, может войти всё что угодно. Например, музыка.
— Музыка?

Танита молча кивнула. Подумав, добавила:
— На самом деле, не только она. Разные удивительные вещи. Но у меня всегда — только музыка, ничего кроме неё. Иллайуни говорил, это и есть настоящая одержимость. И что я поэтому храбрая: одержимым легче ничего не бояться, в нас просто не помещается страх. Но это не моя заслуга, я просто такой родилась. Повезло!
— Вот что, значит, нужно для того, чтобы так играть, — задумчиво сказал я.
— Ну да! Но знаете, что самое главное? У остальных моих ребят Врата тоже приоткрываются, когда мы играем. А сегодня оказалось, и у слушателей тоже. Совсем чуть-чуть, на короткое время, но для начала и этого достаточно. И не смотрите на меня так, я ничего специально для этого не делаю, никого не околдовываю, честно! Оно как-то само происходит. Иллайуни говорил, этот процесс сродни урагану — стоит открыть всего одно окно, как он ворвётся в дом и сам распахнёт все остальные. Поэтому рядом со мной музыкантам легко играть, а остальным — слушать. И знаете, что? По-моему, примерно то же самое происходит с вами!
— А что происходит со мной? — удивился я.
— Рядом с вами очень легко быть, — объяснила Танита. — Как будто жизнь согласилась использовать вас как свой любимый инструмент. Только нас хватает хорошо если на час с небольшим, а у вас вообще всегда концерт. Практически без перерывов.
— «Концерт без перерывов» — это да, в точку, — невольно улыбнулся я. — Насчёт всего остального не знаю».

«— Ты пришёл сюда с множеством вопросов, но похоже совсем не готов услышать ответы, — заметил Иллайуни. — Но сегодня я немилосерден, и ты всё равно их получишь, хочешь того или нет. Слушай же: я ушёл из Харумбы, потому что мне наскучило изгонять смерть из умирающих. Это изящное искусство, требующее точности и сноровки, но толку в нём мало. Теперь я отворяю Врата тех, кто ещё полон жизни. Меня это развлекает и вдохновляет, а людям может пойти на пользу. Я учу их жить в разлуке с собственной смертью. Дело почти безнадёжное, но мне оно по душе.
С этими словами он улёгся на песок, опустил голову мне на колени, закрыл глаза и умиротворённо улыбнулся, словно только что завершил очень трудное дело и остался доволен тем, как у него получилось.
А я растерянно смотрел на него сверху вниз.

У Иллайуни было удивительное лицо — зыбкое, как рябь на воде. При этом его черты оставались вполне неизменными, менялось скорее впечатление от них. Вот прямо сейчас мне казалось, что левая половина лица принадлежит утончённо красивой старухе, а правая — вполне заурядному мужчине средних лет; в целое эти две половины никак не складывались. При этом, чем дольше я смотрел, тем яснее видел, что старуха вовсе не так уж стара и не слишком красива, а взрослый мужчина становится всё больше похож на ребёнка — что за безумный калейдоскоп!

— Если бы ты захотел у меня учиться, я бы сейчас поведал тебе по большому секрету, что открыть Врата и выпустить смерть, не убив человека, можно только когда он спит и видит тебя во сне, — сказал Иллайуни таким сонным голосом, словно успел задремать, а я разбудил его своим внимательным взглядом. — А потом добавил бы: смерть, вопреки окружающим её легендам, вовсе не разумное существо, с которым можно договориться, она — только сила, импульс, удар изнутри или снаружи, это уж как повезёт. Не с кем там договариваться. И остановить её невозможно, только исчерпать. Поэтому если знахарь, отворивший Врата, хочет, чтобы смерть никогда не вернулась домой и не убила его подопечного, он должен принять удар на себя, умереть чужой смертью, израсходовать её силу по назначению. И это тоже следует делать во сне. Такое изысканное удовольствие: умереть и сразу проснуться, а значит — воскреснуть. Очень это люблю. Из тех редких развлечений, которые не приедаются. Интересно, а тебе понравилось бы? Но нет, этого мы с тобой никогда не узнаем. Ты не захочешь пойти ко мне в ученики, упрашивать бесполезно, я тебя насквозь вижу. Знал бы ты, как мне жаль!

Менке адресовал мне сияющий взгляд. Дескать, теперь вы знаете, чем мы тут занимаемся. А вовсе не зелья от запора для местного населения варим, как вы наверняка думали.
Ну, не то чтобы я действительно так думал. Но Менке честно заслужил этот миг торжества. Поэтому я не стал скрывать от него, что ошеломлён внезапно открывшейся правдой. Да и, положа руку на сердце, хрен бы я это скрыл, даже если бы очень захотел.
«То есть, пока всё остальное человечество дурью мается, вы тут потихоньку делаете людей бессмертными?» — спросил я его, воспользовавшись Безмолвной речью.
«Ну, что-то вроде того», — скромно ответил рыжий Менке, ещё несколько лет назад подрабатывавший уборщиком в столичных трактирах и клубах, случайно связавшийся с дурной компанией юных колдунов-самоучек и загремевший в ссылку вместе с приятелями. Как же всё-таки причудливо тасует свою карточную колоду прекрасная вдохновенная психопатка, которую обычно называют «судьбой».
Если бы у судьбы было человеческое лицо, готов спорить, она бы выглядела в точности как Иллайуни».

Если будет желание узнать побольше — читайте первоисточник: книгу Макса Фрая «Сновидения Ехо 4 – Я иду искать» или пишите.

Рубрика 5. Копилка. Добавьте постоянную ссылку на эту страницу в закладки.

Добавить комментарий